Взносы на капремонт не гарантируют улучшения жилищных условий, полагает наша читательница

С первого января этого года мы начали платить взнос на капитальный ремонт дома. Меня появление новой услуги ЖКХ приободрило, поскольку дало надежду, что когда-нибудь и мы наконец заживем по-человечески: сделают у нас капремонт и проведут водопроводные и канализационные трубы в квартиру. Но радовалась я недолго.

На прошлой неделе побывала в фонде капитального ремонта на улице Лермонтова. Там узнала, что капитальный ремонт нашего дома планируется провести в 2015-2016 годах, всего по восьми пунктам. Об этом мне поведал сотрудник фонда, назвавшийся лишь по имени-отчеству - Владимир Александрович.

- А проведут ли канализацию и воду в квартиру №15? - с надеждой спросила я.

- Этого мы обещать не можем, - услышала в ответ. - Договаривайтесь с соседями, чтобы через их спальни провели водопроводные и канализационные трубы.

- Да кто ж согласится, чтобы его квартиру раскурочивали, проводя на верхний этаж канализацию? - расстроилась я.

- Ну, это уже не наше дело. Я вам сообщил о пунктах, по которым мы будем проводить ремонт, а там как знаете. Весной будет комиссия, после которой мы составим проект работ...

Вот такой разговор состоялся у меня с товарищем из фонда по капремонту. Фамилию свою он не назвал и опасливо предупредил: «Не надо на меня нигде ссылаться. Я вам ничего не говорил о возможности проведения воды в вашу квартиру. Сошлетесь на меня, и меня уволят с работы».

Странное дело. С кем же мне говорить на тему капремонта жилья, как не с работником соответствующего фонда? Разве это какая-то засекреченная организация, что за разглашение «тайны», на что пойдут собранные с жильцов средства, сотрудников ждет кара?

Владимир Александрович сказал, что пока неизвестно, когда именно комиссия придет в наш дом. Но я никаких иллюзий уже не питаю: этот урок мы «проходили» семь лет назад. Тогда в администрации сказали, что комиссия была и якобы все жильцы во дворе отказались от капитального ремонта, после чего документы по дому передали в архив. Но в действительности никто никого ни о чем не спрашивал.

Так и в этот раз: придут, задерут головы, посмотрят со стороны, а мы, квартиросъемщики, и знать не будем, что нас посетила комиссия. И будут новые поколения нашей семьи бегать по 38 ступеням в дождь и мороз, таская ведра с водой и помоями.